ХРАМ в честь святого великомученика Георгия Победоносца

4 января православная Церковь чтит память святой великомученицы Анастасии Узорешительницы. Как и святой великомученик Георгий Победоносец, небесный покровитель Свято-Георгиевского храма, эта святая пострадала в начале IV века, во время правления римского императора Диоклетиана.

Родилась святая Анастасия в Риме, в семье сенатора Претекстата. Её мать Фавста, тайная христианка, поручила воспитание дочери будущему христианскому мученику Хрисогону, известному своей ученостью. Он обучал Анастасию Священному Писанию, христианскому учению.

Когда мудрая и прекрасная дева подросла, отец выдал дочь (вопреки ее желанию) замуж за язычника Помплия. Чтобы не нарушить обет девства, Анастасия избегала супружеского ложа, ссылалась на неизлечимую болезнь. Все свои силы она направила на помощь христианам, заключенным в темницах Рима: посещала, кормила и умывала больных, перевязывала раны и утешала. Был среди узников и ее учитель Хрисогон, который продолжал наставлять в вере святую деву.

Помплий жестоко мучил святую, чтобы извести её и завладеть богатством, однако вскоре погиб по дороге в Персию. Святая Анастасия направила всё состояние на помощь христианам, покупала пищу, одежду, лекарства. Она стала странствовать, чтобы везде служить христианам, заключенным в темницах. Святая Анастасия получила дар врачевания, избавляя многих от боли, от уз отчаяния, страха и беспомощности, поэтому и названа Узорешительницей. В трудах ей помогала молодая вдова-христианка Феодотия, которая вскоре претерпит мученическую кончину вместе с сыновьями. А сама Анастасия укрепила в мужестве трех юных мучениц Агапию, Хионию и Ирину, а после кончины похоронила их тела.

Когда Диолетиан узнал, что Анастасия христианка, то решил заставить её принести жертву идолам. Однако ничто не могло поколебать святую деву. Её не устрашили орудия пыток, не победили заключение и голод (60 дней!), а окончила она свой мученический подвиг над костром, её растянули между четырьмя столбами. Однако тело святой Анастасии Узорешительницы осталось невредимым, похоронила его благочестивая христианка Аполлинария, которая позже построила над гробом церковь.

Удивительно то, что ещё до казни святая Анастасия и святой Евтихиан успели крестить 120 узников, уверовавших во Христа после чудесного спасения корабля. Но их также всех казнили.

Интересно, что у нас в России есть свой удивительный пример подвижничества, напоминающий нам о подвиге святой Анастасии. В ХХ веке стало известным имя новомученицы Татьяны Гримблит, которая в 20-30-е годы почти все свои средства отправляла на помощь заключённым, посылала передачи, отправляла посылки. Очень мало ела сама, плохо одевалась. Не раз арестовывалась, отправлялась в ссылку, проехала по этапу через всю страну. Обучившись профессии медсестры, она самоотверженно трудилась, облегчая страдания заключённых. В 1937 году, будучи медсестрой в больнице г. Константинова, был арестована по ложным обвинениям. Расстреляна на Бутовском полигоне под Москвой. Ей было всего 34 года!

В последней записке Татьяны Николаевны есть такие слова: «За все всех благодарю. Простите. Я знала, надев крест, тот, что на мне, – опять пойду. За Бога не только в тюрьму, хоть в могилу пойду с радостью“. А вот её стихотворение «В лазарете» – оно напоминает нам и о святой Анастасии Узорешительнице, и святом великомученике и целителе Пантелеимоне, и о преподобномученице, великой княгине Елизавете Фёдоровне, и о святителе Луке Крымском – о многих, многих, кто считал радостью служить Богу и людям …

Тоска притаилась, молчит…
В палате стоит тишина…
И радость на сердце звучит –
Душа была ей же полна.

А мука и горе кругом…
Склонюсь над горящим лицом –
И жалость вдруг в сердце моем
Сжимается тесным кольцом.

А я уж стою над другим,
Повязку из марли кладу.
Утешься хоть словом моим,
К тебе я еще подойду!..

Я в сердце нашла уголок,
Он чист и не тесен, не мал,
Его мне Господь уберег
От страсти и лживых похвал.

Войди же, измученный брат!
Я слышу болезненный стон…
Душою и телом страдать
Ты в жизни навек обречен.

Я муки твоей не чужда,
Мой путь тоже полон забот,
И голод, и холод, нужда,
Меня не задев, не пройдет.

Я горя вкусила до дна,
Вкушаю и муку твою.
Но радость, что Богом дана,
В тюрьме и на воле храню!